Серия скульптурных досок KAGAN’KA. Интервью с победителем конкурса «Придумано и сделано в России»

Виталий Жуйков – дизайнер, дающий новую жизнь старым, старинным вещам. Основной материал для его объектов – наличники, утварь, дошедшая до наших дней через десятилетия. Работы Виталия можно увидеть на выставках, в конкурсах, объекты покупают для своих интерьеров российские звезды.

Серия скульптурных досок KAGAN’KA стала победителем конкурса «Придумано и сделано в России». Жюри выбрало их в номинации «Новое ремесло».

Редакция Design BasicDecor поговорила с Виталием о его творчестве.

Виталий, расскажите о вашем подходе к дизайну.

Виталий Жуйков: Я делаю все из старого, это моя концепция. Мне важно, чтобы у материала была история, легенда, были жизненные истории.

Сейчас я работаю с наличниками. Я вставляю зеркала, делаю из них стеллажи, полки. Из фрагментов, которые нельзя восстановить, я делаю арт-объекты. Из старых амбарных и напольных досок, а также строительных материалов делаю столы, столешницы, консоли, полки, стеллажи...

Также есть история под названием «утварь» (Uтварь). Я нахожу корыта, большие чаши и делаю из них функциональные вещи для дома. Например, из корыта я сделал консоль, сварив конструкцию из металла. Таким же образом можно сделать столик.

Была история, когда из бочонка с клеймом 1927 года я сделал кофейный стол.

Причем это рождается всегда само собой. Ты идёшь, ищешь, находишь, и у тебя из этого получается серия. Не штучный материал, а целая коллекция.

Виталий Жуйков

Где вы находите материал?

Я родом из Удмуртии.  Каждое лето я уезжаю туда как в мини-экспедицию – на Каме у меня небольшой дом, мастерская.

Там есть небольшой купеческий годок Сарапул, где сейчас сносят много старых домов. Люди такой материал просто не оценивают, выбрасывают. А я хожу, смотрю, договариваюсь о продаже, кто-то так отдает.

Да и многие друзья знают, что я занимаюсь дизайном. Присылают фотографии и спрашивают «надо тебе это или нет». Уже некое сарафанное радио работает. Таким вот образом я собираю и наличники, и материал, и утварь. И потом вывожу, заказывая транспортные компании.

Какие-то из объектов рождаются в Удмуртии за лето.  Например, серия разделочных досок. Они выполняют свою функцию, но больше выглядят как артефакт, арт-объект. Мне хотелось посмотреть, как работает простая утилитарная вещь, если ей дать эстетический образ. И вот получилась красивая, стильная языческая история, которая получила премию в конкурсе «Придумано и сделано в России».

Да, они победили в номинации «Новое ремесло». Расскажите об этих досках подробнее.

Коллекция называется KAGAN’KA – так называют новорожденных детей, младенцев. По сути, это история перерождения, появление нового существа из старого.

Идея родилась случайно. На даче давно стояли старые доски, которые я когда-то взял из заброшенного дома и оставил сушиться. Потом решил спилить их для топки, а затем подумал: «Что я делаю?! Надо же сначала передать форму разделочных досок, может, интересно будет».

Вот так вот и пошло. Сначала просто вырезал, затем стал наносить орнамент болгаркой, потом делал выемки, обжигал. Огонь – главный скульптор, который убирает все лишнее. Люди пытаются все приукрашать, а огонь раз – и ничего лишнего, только то, что нужно.

После обжига металлической щеткой убираются все ненужные элементы и появляется очень глубокая, тактильно приятная, фактура дерева. И затем я обрабатывают доску маслом с воском, для надежности и сохранности.

А еще мне кажется, что родная земля дает какую-то подпитку, подбрасывает что-то новое. Затем я стал специально ездить по деревням, собирать амбарные доски и делать из них такую историю.

Серия скульптурных досок KAGAN’KA

Опишите портрет покупателя

Я не работаю целенаправленно на какую-то аудиторию, это идет изнутри. Мне даже оценивать сложно, сколько предмет может стоить. Потому что, если у меня есть настроение, я могу сделать доску за полдня. И потом люди говорят: «А почему они у тебя так дешево стоят?».

Если говорить о тех, кому нравятся мои предметы, то процентов 60 – это девушки от 25 до 45 лет. Это люди с чувством вкуса, вращающиеся или интересующиеся искусством, дизайном, музыкой или литературой. Обеспеченные люди. У них все в порядке с эстетикой.

Много иностранцев интересуются. Была волна перед Новым годом – несколько французов заказали наличники. Прошлой зимой индусы приезжали. После Нового года девушка из Петропавловска-Камчатского заказала два шкафа для коллекции кукол.

Кто-то из инстаграма приходит.

Сколько работ вы представили на конкурс?

Я представлял серию скульптурных досок, наличники и совместную коллекцию мебели в стиле модерн с ребятами из столярной мастерской: два шкафа, обеденный стол, стол журнальный и консоль. Все сделано из массива американского ореха, дуба и ясеня.  Мы совместили темное и светлое дерево. Все очень шикарно получилось. И там есть своя фишка: все ручки для открывания сделаны в виде отверстия и они будто «засасывающие», как вулкан. Ксения Собчак купила такой комод в свою квартиру.  

В августе мне сказали, что начинается конкурс, а я только-только закончил эти доски. Дедлайн был до конца сентября. С моим другом мы сделали съемку и послали фото.

Очень важна подача объекта. Не стоит экономить на съемке.

Коллекция мебели в стиле модерн

Ваша марка называется Made in August. Ваши объекты рождаются летом?

Нет, там все гораздо интереснее. Когда я это придумал, я еще не занимался промышленным дизайном. Все родилось само.

Я отдыхал летом в Удмуртии, и мне стукнуло в начале сентября, что я хочу заниматься дизайном. А значит нужно все брендировать, выйти на рынок уже с лого и айдентикой. Мне нравится август – он такой благородный, вроде еще лето, но уже с грустинкой, потёртостью. Не как, например, май – молодой, дурацкий и шаловливый. А с сединой, окрепший, как настоявшееся вино.

А вообще, в Made in August, август может быть месяцем, а может быть и местом или именем. Это  нечто вневременное, что позволяет не уходить в одну узкую специализацию.

Какое у вас образование?

После школы я получил строительное образование. Затем я работал графическим дизайнером, арт-директором. Потом окончил Британскую высшую школу дизайна, годичный курс промышленного дизайна.  

Полного образования в дизайне у меня нет, я самородок. Но Британка помогла структурировать все, что я хотел.

Как произошел переход из строительства в дизайн?

Это все рядом. После армии я занимался ремонтом квартир. Потом меня ребята позвали работать в газету дизайнером. Затем я переехал в Москву и устроился в журнал Интерьер+Дизайн. Это была очень хорошая школа. Теперь я разбираюсь во всех брендах, во всех направлениях дизайнерских и мебельных. И это плавно подтолкнуло уйти из бумаги в объем. Сначала на учебу, а потом и на работу.

Что главное в работе сейчас?

Свободное время. И делать то, что в голове, а не на зарабатывание денег. Сейчас работаю над заказами, а это отвлекает от моих идей, которые я хочу воплотить.

В основном я делаю штучные, уникальные вещи из-за специфики материала. И подобрать одинаковые доски – трудно. Один в один не будет. Я работаю как художник, а делать копии на свои оригиналы – странно.

Я как в лаборатории – могу выдать идею, а уже дальше можно тиражировать, как хотите. Мне интересно экспериментировать

В вашей работе есть рутина?

Я вообще рутину не люблю. И когда она появляется, мне становится скучно и я бросаю.

Российский бренд Made in August

Что бы вам хотелось делать дальше?

Хотелось бы делать объекты более масштабные, коллекционного плана. Так интереснее, когда работаешь над одним объектом. Ты выкладываешься, мучаешься, но ты работаешь. Я совершенно не хочу уходить в производство. Мне нравится скульптурный объем и хочется работать в этом направлении для публичных помещений и пространств.  

Какие каналы продаж самые эффективные?

Я не занимаюсь продвижением, потому что не умею. Возможно, если нанять человека, он бы мне все рассказал, как это все делается. Но так как я не очень люблю писать, инстаграм – мой канал, куда я выкладываю фотографии. Фото – мой язык общения с миром.

Работает сайт, но люди в основном из инстаграма приходят.

Конкурс положил начало Галерее российского предметного дизайна. Дайте определение «Российскому дизайну».

Не хочется давать определение. Я как художник делаю, а определение давать людям, которые работают в музеях.

Не надо зацикливаться, нужно делать. Искусственно что-то создавать – неправильно.

Еще рано и российского дизайна нет. Чем больше мы работаем и выдаем объектов, тем больше мы стилизуемся сами, отбрасывая лишнее. Как огонь нас обжигает и остается основа. Вот этой основы еще нет. Пока украшательством занимаемся, а нужно будет пройти огонь, и тогда останется российский, русский дизайн.

 

Поделиться статьей:
Не смогли дозвониться?
Перезвоним и сделаем подарок!
Укажите номер телефона