Стеллаж «45» – библиотека глубиной 15 см. Интервью с победителем конкурса «Придумано и сделано в России»

Стеллаж «45» – объект, победивший в категории «Мебель» номинации «Дизайн-продукт» конкурса «Придумано и сделано в России». Его автор – дизайнер Петр Сафиуллин, основатель  бренда Yaratam. Стеллаж для помещений, где требуется сэкономить место или заполнить нестандартные углы, Петр придумал благодаря своему умению решать сложные пространственные задачи.

Стеллаж 45, дизайн Петра Сафиуллина

Петр, как вы пришли в архитектуру?

Мои родители по образованию архитекторы. Но дело даже не в том, что я хотел пойти по их стопам. На тот момент, когда я выбирал вуз, родители уже не работали по профессии. Я стал анализировать, чем могу заняться, и какое образование доступно в Казани.

Был интерес к иностранным языкам, но от этого направления отговорил отец. Я выбрал из того, что было доступно – пошел в архитектуру. Не могу сказать, что первые два курса я получал удовольствие. Но на третьем курсе я начал участвовать в конкурсах и стала нравиться сама профессия.

На четвертом курсе я оказался  на  Миланской неделе дизайна, это перевернуло мое представление о профессии. В то время Казань была провинциальным городом, со слабо развитой инфраструктурой, и своеобразным представлением о современном дизайне. Сейчас город изменился, но в конце девяностых, это было так. В Милане я увидел, что придумывают и  делают люди со всего мира, как они реализовывают свои идеи. И я совершенно по-другому стал смотреть на свою  жизнь и творчество.

Тогда же появились первые идеи о мебели  – я стал мечтать делать что-то самостоятельно.

Российский дизайнер Петр Сафиуллин

Дизайнер Петр Сафиуллин - основатель бренда Yaratam


Расскажите о ваших проектах

Я работал архитектором, дизайнером интерьера, в основном занимался частной практикой. Почти 10 лет прожил в Москве, но в конце 2011 года вернулся в Казань.

В поисках интересного для себя формата работы в 2014 году я открыл дизайн-бюро Yaratam. Мы занимались архитектурой и интерьерами, сделали несколько знаковых проектов в Казани. С самого первого заказа,  в проекте всегда были придуманные  и сделанные мной элементы – мебель, светильники, двери, лестницы...

Через полгода после открытия студии я стал заниматься разработкой предметов интерьера, которые планировал запустить в серию. Хотел работать с западными компаниями как дизайнер. В России непростая история с запуском производства – тяжело с сырьем, оборудованием, кадрами. Нет инфраструктуры, чтобы заниматься производством и дизайном.  

В 15-м году я начал придумывать предметы, которые со временем собирался запустить в серийное производство. В то время я сотрудничал с несколькими предметными мастерскими, и стал разговаривать с мастерами на этот предмет. Но никто не проявлял особо интереса к таким проектам.

К началу 2016 года мы сделали несколько первых образцов. Тогда я встретил своего  старого знакомого Романа Рыжова, которому рассказал, что хочу заниматься производством мебели. Его заинтересовала эта идея, несмотря на то, что до того момента, он никогда производством не занимался.

Он стал мне помогать, искал производителей и через 2-3 месяца нашел людей. Сделали первый предмет хорошего качества на его собственной даче, впоследствии он и цех нашел.

В 2016 году мы набрали мастеров, купили старые станки,  запустили собственное производство и выпустили коллекцию из пяти предметов.

Затем мы сделали сайт. Весь конец 2016 – начало 2017 года нашим оборотом была мебель на заказ, которую я придумывал для своих интерьеров. Многие предметы позже, мы запустили в серийное производство.

Так мы проработали до сегодняшнего момента. В 2018 году съездили на Maison & Object, где выставили свои предметы. Было важно поучаствовать в знаковой выставке, чтобы понять, насколько наш дизайн и качество интегрируются в европейскую индустрию. В целом я был удовлетворен. Нас в основном принимали за датчан, пока не видели, что на стенде написано «Russian Federation».

Интерес к нашим объектам был, но возникли вопросы – как работать с Европой. У них своя, десятилетиями отработанная структура, агенты… Плюс возникают вопросы по таможне, логистике. Нужно понимать целесообразность поставки, так как дилеры берут большие проценты. Несмотря на то, что Россия стремится экспортировать промышленные товары в Европу и Азию, какой-то конкретной помощи и упрощения всех процедур, пока не намечается.

Вероятно поэтому пока ничего значительного в Европу мы не продаем. Но активно работаем в этом направлении. В первую очередь не ради прибыли, но для того, что бы Россия, а в частности компания Yaratam была представлена на европейском рынке дизайнерской мебели. Это перспектива ближайших трех лет.

Дизайнерский стол Туй

Стол Туй, Yaratam


Что в начале карьеры как дизайнера для вас было сложнее всего?

Как в самом начале творческого пути, так и по сей день для меня была важна реализация идеи, поэтому в общении с заказчиками, я стараюсь исключать компромиссы. Естественно, я понимал, что есть определенный бюджет и вкусовая парадигма заказчика. Тем не менее, всегда старался максимально твердо отстаивать свой проект. Должно быть реализовано так, как я вижу.

Из-за этой позиции, часто закончить объект не получалось. Мы нередко ругались с заказчиками и меня либо выгоняли, либо я сам уходил.

В 2014 году, я сдал первый проект, который мы реализовали так, как задумали. То есть спустя 12 лет после того, как я окончил институт. Это был бар в Казани. После этой первой стопроцентной реализации все стало складываться само.  Стали появляться люди, которые захотели реализовать проекты со мной.

На мое увлечение промышленным дизайном, повлияли  журналы  «Техническая Эстетика»  и «Техника Молодежи», которых было довольно много у нас дома.  Мое детство пришлось на восьмидесятые,  телевидение в ту пору было не самым интересным, и эта литература стала способом погрузиться в совершенно другой мир. Я мог вечерами  напролет сидеть и листать журналы. Я видел предметы, которых в моей реальности не существовало. Диковинные штуки, смысл которых мне был непонятен, но они притягивали внешним видом.

Это повлияло на ваш стиль?

На стиль, наверное, повлияло мое занятие архитектурой. Я вижу не предметы, я вижу города, здания, конструкции, отдельных архитекторов. Я вижу фасады…

Мне не интересно делать просто красивые вещи, всегда хочется добавить небольшую  дополнительную функцию, нововведение.

Стеллаж «45» стал победителем в категории «Мебель» конкурса «Придумано и сделано в России». Расскажите его историю.

Это первый придуманный мной предмет, который есть в нашей коллекции сегодня. На тот момент у меня была репутация человека, который может решать сложные пространственные задачи. До этого я давал советы ландшафтным дизайнерам по решению сложных задач.

 Знакомые дизайнеры оформляли дом под Казанью и попросили меня что-нибудь придумать для помещения с неправильными углами, нишами и пилястрами. Комната была абсолютно неправильная по архитектуре. И в ней была ниша 15 см со сложным острым углом, для которого нужно было создать арт-объект.

Стеллаж «45» Петра Сафиуллина

Я подумал, что идеально было бы сделать библиотеку. Но для библиотеки нужно минимум 25 см. А лучше 30… И тут я вдруг понял, что если разверну вертикальные стойки параллельно сопряженной стене, то получится угол 45 градусов. Тут уж и вспомнил теорему про сумму квадратов катетов, и подумал, если перегородка будет проходить по диагонали, то книжка должна встать на полку и 15 см мне вполне хватит. Стал рисовать, и понял, что наткнулся на крутую идею. А дальше, стал эту тему развивать, нашел производителей.

Через два месяца сделал еще один стеллаж себе в офис, стандартных размеров. Особенность стеллажа в том, что он по-разному выглядит в пространстве,  с разных ракурсов, особенно когда он наполнен.

Я искал информацию, есть ли что-то подобное в производстве. Идея на поверхности, но никто ничего подобного не выпускает. По крайней мере, я не нашел таких полок, чтобы книга заходила под углом 45 градусов и при этом стеллаж был бы в два раза уже обычного.

Хотя после моих интервью мне писали, что есть подобные коллекции для ванн. Да, но стенки полок для ванн развернуты для того, чтобы туда вода не попадала. И там нет того смысла, который есть в нашем стеллаже.

Кроме стеллажа вы присылали работы на конкурс?

Тумбу с круглым ящиком «Вера Павловна». Она вышла во второй тур. Может, в ней не заложена глубокая функциональная идея, как в стеллаже, но мне кажется это интересный объект.

Это, как я думаю, отсылка к конструктивизму, русскому авангарду. Всегда недоумевал, почему люди берут круглые в плане комоды или тумбы, а внутренние ящики у них прямоугольные. Оказалось, что направляющие, как правило, ставятся не на дно, а по бокам. Мы сделали свои направляющие, которые позволили сделать круглыми и ящики. В итоге от момента как я нарисовал до момента, как тумба вышла в том виде, чтобы мне понравилось, мы выпустили порядка 6 пробных экземпляров. На выпуск тумбы ушел почти год.

Дизайнер Петр Сафиуллин

Конкурс положил начало Галерее предметов российского дизайна. Дайте определение термину «Российский дизайн».

Российская мебель пока меня не очень радует. Я внимательно просматриваю российских производителей, мало у кого есть цельная концепция. Понятно, что это сложно. Есть отдельные предметы, которые мне нравятся по-настоящему. Российский дизайн существует, но, к сожалению, топовые дизайнерские издания это не освещают.

Хорошие дизайнеры из России зачастую живут и работают на Западе. Хорошо, что появился такой конкурс, появилось внимание. Мне нравится вектор, но мне не нравится, что людям не хватает творческой свободы. Много красивых, но не самодостаточных предметов. Fashion-индустрия более стремительна и вызывает у публики больший интерес…  

Мы потеряли очень много времени, после того как распался Советский Союз. Мы потеряли все лучшее, что было в дизайне в Союзе. Многое утратили, а сейчас пытаемся воссоздать, но при этом ориентируемся не на свою историю и свои культурные коды, а на западные аналоги, западные разработки. И мне кажется, это не всегда хорошо. Российским дизайнерам не хватает теоретических знаний. Не хватает истории и анализа.

Комод Бик зур

К какой цели вы стремитесь?

Я хочу, чтобы наш бренд был с мировым именем. Не вижу в этом ничего невозможного. Понимаю, что придется привлекать других дизайнеров, потому что меня уже не хватает, чтобы придумывать и управлять. Еще в России большая проблема с кадрами. На нашем производстве  нехватка людей – сборщиков, маляров, людей в системе управления. Основной мой стресс – отсутствие людей. Толкового производственного менеджмента пока нет.

Мы планируем развиваться. Я хочу, чтобы российский  мебельный дизайн в первую очередь, ассоциировался с нашей компанией.

Мнение жюри

Наталья Логинова, руководитель Центра моды и дизайна Всероссийского музея декоративного искусства, член оргкомитета конкурса:

Стеллаж Петра Сафиуллина — один из интереснейших объектов, представленных на конкурс. Это не «чистый дизайн», а «дизайн в чистом виде»: красота и функциональность. Дизайнер разработал уникальную систему хранения: разделители на горизонтальных полках расположены под углом 45 градусов, что позволяет на узкой полке (глубиной всего 15 см) разместить любую книгу - даже большой альбом или журнал.

Признаюсь честно, при первом беглом взгляде я лично не оценила остроумие автора. Подумала, да, красивый цвет, правильная толщина самих полок и их «танцующий ритм» - но ведь это же не повод стать победителем! На самом же деле Петр предложил остроумное решение и сэкономил пространство комнаты — очень актуальная тема, на мой взгляд. Думаю, что именно ноу-хау Петра Сафиуллина жюри оценило, в первую очередь. И не только жюри. Этот стеллаж получил приз зрительских симпатий. Редкое единомыслие экспертов и потребителей!

Поделиться статьей:
Не смогли дозвониться?
Перезвоним и сделаем подарок!
Укажите номер телефона